Пятнадцатилетие «Отрочества». Актеры в диалоге с ролью

26 сентября 2026

Нынешней осенью спектаклю «Отрочество» по Толстому исполняется пятнадцать лет – ровно столько же, сколько его главному герою Николеньке Иртеньеву.

Спектакль и его мальчик – одногодки.

За пятнадцать лет поменялось многое. Телефоны стали умнее, мода сделала три оборота, а слово «оверсинкинг» вытеснило слово «мечтание». Но одно осталось неизменным: в пятнадцать лет второе имя человека – уязвимость.

«Отрочество» – история о взрослении, смене ценностей, потере иллюзий и о том самом одиночестве, которое накрывает в пятнадцать лет – когда близкие рядом, но ты чувствуешь себя как за стеклом.

За эти годы спектакль сам прожил целую жизнь, вырос и достиг собственного отрочества. Те, кто приходил на премьеру подростками, сегодня приводят в зал своих детей. Постановка дышит в унисон со временем и каждый вечер звучит по-новому.

Здесь минимум декораций. Почти пустое пространство. Жёсткая, выверенная до миллиметра режиссёрская конструкция, где каждый жест, каждая мизансцена и пауза – не импровизация, а закон. И эта форма требует от актёров предела эмоций. Здесь нельзя сыграть «примерно». Здесь можно только прожить.

В труппе есть артисты, которые заняты в спектакле с самого первого дня.

Пятнадцать лет назад Михаил Шибанов играл Николеньку Иртеньева, бунтующего мальчишку с блокнотом. Играл с такой самоотдачей, что в 2012 году получил награду за «Лучшую мужскую роль» на международном фестивале «Коляда-plays». 

А сейчас уже несколько лет Михаил выходит на сцену в роли... Сен-Жерома. Того самого гувернера, на которого когда-то злился его Николенька. Актер перешел на другую сторону баррикад внутри одной и той же истории.

Мы попросили Михаила рассказать, каково это – вырасти вместе с постановкой и взглянуть на нее глазами другого персонажа.

«ВЫ БОГАТЫ, У ВАС ЕСТЬ ПЕТРОВСКОЕ, А МЫ БЕДНЫ»

Эту фразу в «Отрочестве» Толстого произносит девочка лет четырнадцати. Она говорит это тихо, почти извиняясь, – мальчику, с которым ещё вчера они играли на дороге у рощи, прятались в чулане и делились секретами.

Катенька. Дочь гувернантки Мими. Девочка, которая растёт в чужом доме. Она делит с Иртеньевыми один стол, учится и смеется вместе с ними, но каждую секунду остро чувствует: она здесь чужая. У нее нет ни состояния, ни приданого, ни собственного будущего. Благополучие ее держится лишь на милости богатых покровителей, внешности и умении нравиться. 

Толстой тонко передает, как живой, поэтичный и непосредственный ребенок постепенно превращается в рассудительную, скрытную, расчетливую девушку. И дело вовсе не в дурном характере. Просто мир вокруг не оставляет выбора: или ты принимаешь его жесткие правила, или исчезаешь. Ей приходится учиться быть удобной, приличной и правильной, чтобы просто выжить.

Катенька понимает это раньше Николеньки. Раньше, чем он успевает произнести слово «сословие». Она просто смотрит на него и говорит: «Вы богаты, а мы бедны». И в этот момент детская дружба заканчивается навсегда.

Пятнадцать лет назад актриса Надежда Кайсина впервые вышла на сцену в спектакле «Отрочество» в роли Катеньки. И все эти пятнадцать лет она проживает её историю.

Мы спросили Надежду, что сильнее всего поразило бы ее героиню, окажись она в нашем времени.

ПИСЬМО ТОЙ, КОТОРУЮ НЕ ЗАМЕЧАЛИ

В трилогии Толстого горничная Маша – персонаж почти невидимый. У неё нет развернутой истории или громких монологов. В повести «Отрочество» Николенька Иртеньев внезапно ловит себя на мысли, что видит в ней не прислугу, а привлекательную женщину. Ему пятнадцатый год, Маша на десять лет старше. Рядом с ней взрослеющий мальчик впервые испытывает потаенное, пугающее его смущение и краснеет до корней волос. Писатель использует образ горничной как зеркало для чужой «диалектики души».

Но давайте на секунду уберем со сцены главного героя. И посмотрим на саму Машу.

Ей двадцать пять, она молода и красива, но заперта в жестких рамках господского дома. Она бесправна перед барской волей и уязвима перед пристальными взглядами подростка. Ей точно так же бывает невыносимо неловко, она замирает от приближающихся шагов, вынуждена скрывать чувства и знает, каково это – когда от стыда или обиды горит лицо, а спрятаться негде.

В спектакле «Отрочество» роль Маши исполняет актриса Виктория Ельцова. Мы попросили Вику сделать невозможное – заглянуть сквозь столетия и написать письмо Маше, когда та была подростком. Увидеть девочку, которую не заметил сам Толстой.

ПОВЗРОСЛЕТЬ НА ОДНО ПОКОЛЕНИЕ

В трилогии Льва Толстого Володя Иртеньев – старший брат Николеньки – кажется безупречным. Он красив, уверен в себе и с легкостью принимает правила взрослого мира. За этой легкостью скрывается особая драма: Володя – старший сын, который раньше всех вынужден примерить маску светского приличия и во всём подражать отцу, Петру Александровичу.

Но кто такой сам Петр Александрович? Толстой создает на редкость противоречивый образ. Отец Николеньки и Володи – человек двойных стандартов. Блестящий светский кавалер, игрок, под подчеркнутым благородством и безукоризненными манерами которого скрываются эгоизм, слабости и неспособность по-настоящему понять взрослеющих детей. Он любит их, но любит «светски» — требуя соответствия статусу. Это драма мужчины, который сам во многом остался большим ребёнком, но вынужден поддерживать образ идеального родителя и хозяина дома.

Пятнадцать лет назад, на премьере спектакля «Отрочество» в Пермском ТЮЗе, роль юного Володи исполнял Александр Шаров. За эти годы постановка прожила целую жизнь. Вместе с ней изменился и артист.

Сегодня Александр Шаров играет в «Отрочестве»... Петра Александровича Иртеньева. Отца. Того самого человека, на которого его Володя когда-то стремился быть похожим.

Круг замкнулся. Актер совершил удивительное путешествие во времени внутри одного художественного пространства. Он прошел путь от юношеского максимализма сына до пугающей, противоречивой и сложной маски отца.

Смотрите видео. Александр Шаров размышляет о неуловимом течении театрального времени: о том, как за пятнадцать лет спектакль «Отрочество» соткал свою уникальную судьбу и как по-новому он дышит сегодня.

ПУТЬ К ХОЛОДНОМУ СЕРДЦУ

Семейство Ивиных в трилогии Толстого ослепляет своим блеском. Но если средний брат, Сережа, – яркий и харизматичный кумир сверстников, то его старший брат Дмитрий Ивин олицетворяет совершенно другую, пугающую грань взросления – ранний конформизм.

В страшной сцене травли Иленьки Грапа, которую затевает Сережа, Дмитрий выступает послушным исполнителем. Именно он вместе с Володей Иртеньевым ставит Иленьку на голову. Ни злобы. Ни азарта. Просто проводник чужой воли, потому что так угодно толпе.

Дмитрий Ивин раньше всех научится прятать живые чувства за безупречным светским лоском, выбирая форму вместо истины. Повзрослев, он станет чиновником в Петербурге: идеальные манеры, холодная важность и безупречная маска. Человек превратится в функцию.

Пятнадцать лет назад на премьере «Отрочества» в Пермском ТЮЗе роль Дмитрия Ивина исполнял Яков Рудаков. А теперь Яков выходит на ту же сцену в образе учителя истории Лебедева. Чиновника от образования, который точно так же, как Ивин, из-за своего равнодушия и слепого следования формулярам легко причиняет боль, но уже ученикам.

Лебедев ставит Николеньке роковую единицу за урок о Средних веках, запуская сокрушительный эффект домино. Пустяковый инцидент мгновенно оборачивается для мальчика психологической катастрофой. Сначала – оглушительный удар по самолюбию и зависть к брату-отличнику Володе. Чувствуя себя отверженным, Николенька пытается скрыть позор: тайно крадёт ключ у гувернёра Сен-Жерома, чтобы подменить ведомость, но ломает его в замке. Страх перед Лебедевым втягивает подростка в паутину лжи и воровства. Срыв наступает, когда, обнаружив обман, Сен-Жером решает наказать Николеньку розгами. Накопленный стыд и уязвлённая гордость взрываются яростным бунтом. Потеряв контроль, мальчик бросается на гувернера с кулаками: «Вы подлец!». Итог – сутки в тёмном чулане, мысли о самоубийстве и окончательный разрыв с миром взрослых.

Внутри одного спектакля Якову Рудакову пришлось сыграть двух не самых приятных людей. Мальчика-конформиста, который унижает слабого, и холодного взрослого, который ломает хрупкую подростковую психику. Тем не менее для Якова работа в «Отрочестве» – счастье.

Смотрите видео. Яков Рудаков – о своих пятнадцати годах в «Отрочестве».

МИМИ. СЛЕЗЫ, КОТОРЫМ НЕ ВЕРИЛИ

В трилогии Толстого гувернантка Мими (Марья Ивановна) проходит один из самых горьких путей. Писатель использует ее образ, чтобы показать, как меняется взгляд взрослеющего человека на мир.

В «Детстве» Николенька видит Мими глазами ребёнка: она кажется ему величественной, доброй, непогрешимой благодетельницей и близким другом мамы. Но в «Отрочестве» детская оптика рушится. Подросток начинает замечать в Мими фальшь, излишнюю сентиментальность, обидчивость и постоянные жалобы. Толстой безжалостно срывает со взрослого маску идеала.

Но если убрать эгоцентричный взгляд Николеньки и посмотреть на саму Мими, за её кажущейся «желчностью» откроется глубокая личная трагедия.

Мими – приживалка в чужом богатом доме. Человек, который отдал этой семье лучшие годы, но в любой момент может оказаться выставленным за дверь. Вся ее жизнь – это глухая, отчаянная война за выживание. И вечный страх за будущее своей дочери Катеньки, у которой нет ни денег, ни высокого сословного статуса, ни связей. Все капризы, интриги и бесконечные слезы Мими – это судорожная попытка матери защитить своего ребенка там, где они обе — чужие.

Это драма нежного сердца, которое социальное бесправие заставило ожесточиться.

В спектакле «Отрочество» в образе Мими выходит на сцену актриса Сюзанна Калашниченко.

Смотрите видео. Сюзанна размышляет о своей героине и рассказывает, какой момент в спектакле она считает сердцем своей роли.

МАМА. ЦЕНТР УТРАЧЕННОГО РАЯ

Смерть Натальи Николаевны Иртеньевой (maman) — главный тектонический сдвиг в трилогии Толстого. Именно её уход обрывает беззаботное «Детство» и бросает Николеньку в холодную, звенящую пустоту «Отрочества».

Для Толстого образ матери соткан не из бытовых черт, а из чистых ощущений: тепла рук, звуков пианино и грустной, преображающей всё вокруг улыбки. Она была тем самым невидимым, но главным стержнем, на котором держался весь мир семьи Иртеньевых. Когда этот стержень исчезает, все герои вмиг становятся сиротами. Мир рушится, и на смену детской гармонии приходит одиночество — то самое чувство, когда ты словно за стеклом.

В «Отрочестве» Пермского ТЮЗа образ maman во всей его хрупкости и величии проживает заслуженная артистка РФ Татьяна Гладнева.

Её героиня – это ожившее воспоминание, единственный источник тепла в монохромном блокноте Николеньки. Играть абсолютную, безусловную любовь и её трагический уход — колоссальный актёрский труд, требующий предельного эмоционального обнажения. Эта тонкая, пронзительная работа принесла актрисе заслуженное признание: специальный приз внутритеатральной премии «ЭКСклюзив» и диплом XII Краевого фестиваля «Волшебная кулиса» за лучшую роль второго плана.

Мы спросили Татьяну, какой момент в спектакле требует от неё наибольшего душевного напряжения...

Смотрите видео!

1 октября на сцене Пермского ТЮЗа — «Отрочество». Спектакль, который за 15 лет научил нас бережнее относиться к тем, кто нам дорог.